А сухопутные им завидуют: шторма и штили ВМФ

 Североморск, карасятник и памятник ленд-лизу

Честь служить на флоте мне выпала в 1987 году. Моряками были мой дед, воевавший в Великую Отечественную, и мой дядя. Так что, можно сказать, это у нас семейное. Хорошую подготовку дал Альберт Григорьевич, учитель военного дела 19-й школы, профессиональный военный.

Служба началась в Североморске. Это необычный город – город на сопках, где последний, девятый этаж одной многоэтажки смотрит на первый этаж другой. Там, чтоб подняться на почту или в Дом офицеров, нужно подняться по очень длинной деревянной лестнице. И есть в Североморске кладбище, где очень много памятников английским, американским морякам и экипажам, которые привозили в Советский Союз помощь по ленд-лизу – программа, по которой США в годы ВОВ передавали союзникам вооружение, продовольствие и др.

Здесь меня определили на большой противолодочный корабль «Макаров», в карасятник – такую небольшую учебку для тех, кто готовится к присяге. А уже далее мне предложили продолжить службу на атомном ракетном крейсере «Киров» (фото 3). Там я был и ракетчиком, и начальником склада боепитания, отвечая за боекомплекты и пр.

50 потерянных мячей и облучение, которого не было

На третий год службы мы ушли в Средиземное море, став частью его боевой эскадры. Выходили мы в Североморске при морозе в -27С, а пришли в Средиземку в +27С. Помню, как поголовно покрылись сыпью, переев марокканских апельсинов. Как играли в волейбол на палубе крейсера, пока у нас не закончились мячи (фото 1). Первые улетевшие доставлял спущенный на воду катер, но до тех пор, пока у командира не закончилось терпение. Всего у нас было около 50 мячей. Последний мы пытались привязывать леской. А когда и он улетел за борт, волейбол закончился. Мы стали просто загорать – благо стояли около греческих Крита и Кипра.

Как-то случились проблемы с одним из реакторов «Кирова». Ничего критичного, но прессой, к сожалению, были сделаны поспешные выводы. «Комсомольская правда» написала: «Весь экипаж крейсера «Киров» облучен». Так у моей мамы случился первый инфаркт.

Спасение с «Комсомольца»

В том же году мы участвовали в спасении с АПЛ «Комсомолец». Каждый год 7 апреля перед глазами тот день. Североморск. У причала наш атомный крейсер «Киров». Звучит боевая тревога, на борт поднимаются медики. Срочно выходим в море. Наша команда на ходу начинает готовить швартовые концы – значит, нужно будет буксировать. «Киров» подходит юго-западнее острова Медвежий. На плавбазе «Алексей Хлобыстов» сидят несколько человек, завернутые в одеяла. Это выжившие с подлодки. Мы узнаем, что «Комсомолец» вертикально ушел на дно. Начинаем переводить на «Киров» оставшихся в живых, а затем переносить погибших в корабельный морг (фото 4). В воздухе висит гробовая тишина, никто ничего не спрашивает. На пути к Североморску в медсанчасти спасенных тщательно растирают и помещают в теплые ванны. Врачи ведут круглосуточное дежурство, а экипаж «Кирова» делает все возможное, чтобы ребята отошли от шока.

Ощущение шторма

Нам другие даже завидуют, ведь мы стихию видели – и мертвый штиль, и шторм в 8 баллов. Опускались на дно в водолазных костюмах. Тренировали «живучесть» в ледяной воде. Попадали в шторм в Атлантике. И хотя он был несильный, но когда большой атомный крейсер буквально уходит под воду и потом выныривает носом корабля, ясно чувствуешь, что по сравнению с природой ты – муравей. Когда в это время стоишь на вахте, на ходовом, это ощущение шторма завораживает! Страха нет, есть ощущение себя щепкой на фоне стихии. Для дежурных на корабле ставили мешки с изюмом и сухарями. Но на еду даже смотреть не хотелось. Был случай, когда 3-4 дня я вообще не ел.

О традициях, флотском вайбе и культуре

Пока шли к Средиземному морю, очень много спускали на воду венков в память о погибших здесь кораблях, подводных лодках. Помню посвящение в моряки и «обжигающие» горло глотки морской ледяной воды в «фужере» из плафона. Я проходил стадии «взросления»: карась, годок, полторашник, гражданский…, когда и по внешнему виду можно определить, кто сколько уже отслужил. До сих пор для чего-то держу в памяти флотские словечки: «баночка», «шконка»… 

Приезжали к нам известные гости. Хорошие впечатления душевным отношением к нам, простым матросам, оставила о себе актриса Людмила Гурченко. А для визита президента Михаила Горбачева из нас должны были сформировать ровное строевое каре. Было это осенью, потому что асфальт в части подкрашивали в черный цвет. Водили нас и в Дом офицеров на популярные тогда группы «Сталкер», «Ласковый май», совершенно бесплатно – строем.

На землю – нулевым сходом

В 1990 году я пришел со службы. Ушел нулевым сходом – в мае. Отслужил все время матросом. На третьем году службы дали звание старшины 1-й статьи. А если бы дослужился до августа – до четвертого схода, то ушел бы уже корабельным старшиной. Но я решил – лучше домой.

Такой футбол нам не нужен

Помню, как смеялись над нами офицеры, когда мы решили, едва ступив на землю, сыграть в футбол после боевой службы. Собрали команду – все серьезно. А как начали играть, поняли причину смешков: когда на твердую почву сходишь после многомесячной «болтанки» – ощущение, что земля под ногами качается. Вместо игры мы просто сидели на траве, приходя в чувство.

Морское братство с Уральских гор

Из Среднеуральска знаю много ребят, которые ходили на кораблях, служили на подводных лодках. Морское братство нашего города в разные годы варьируется от 200 до 400 человек. В свое время мы организовались – Виктор Павлович Злодеев, Слава Комаров, еще ребята…  И в силу своих возможностей собрали деньги на постройку этого Кораблика на берегу озера. Каждый год мы приводим это место в порядок и стараемся ежегодно встречаться здесь в День ВМФ. Строимся, поднимаем флаг (он хранится у меня) под дудку. К нам приезжают – мы всем рады. Вот и в этом году приглашаем моряков 26 июля в 10 часов на традиционную встречу у Кораблика на набережную Исетского озера.

Губернатор Свердловской области Денис Паслер, поздравляя всех причастных с Днем Военно-Морского Флота России, отмечает, что хоть наш регион далек от морей, многие уральцы считают этот праздник своим. Земляки, отслужившие или проходящие службу на флоте,  достойно продолжают лучшие морские традиции. Проявляют ответственность, преданность воинскому долгу и присяге, мужество и силу духа. Кроме того, Свердловская область на протяжении 25 лет шефствует над атомным ракетным подводным крейсером стратегического назначения «Верхотурье». Власти региона и местные предприятия регулярно поддерживают экипаж: помогают с бытовыми вопросами, отправляют гуманитарные грузы.